Валентин Берестов

АЛЛО, ПАРНАС!
(фантастический рассказ)

—  Алло! Парнас! Парнас! Как меня слышите? Приём.
—  Слышу вас хорошо. Какие распоряжения насчёт эвакуации? Приём.
—  График тот же. Через три часа всем быть на космодроме. Как поняли?
—  Понял хорошо. Докладываю обстановку. Коллекции не влезают! Двенадцать отсеков загружены до предела.  Прометей предлагает часть оборудования раздать ахейцам, а освободившееся место заполнить коллекциями. Твоё мнение, шеф? Приём.
—  Парнас! Парнас! Разрешаю отдать тринадцатый отсек под коллекции. Оборудование взорвать! Чтоб и следа не осталось! Поручить это дело Прометею. Как поняли? Приём.
— Понял очень хорошо. Оборудование взорвём. Меркурий просит разрешения подарить свой велосипед Гераклу.
— Повторяю. Никаких следов нашего пребывания на этой планете не останется. Меркурий — идиот. Неужели он не понимает, что велосипед нужен Гераклу в политических целях?
	— Юпитер, ты сердишься. Значит, ты не прав.
— Это ещё что за шуточки? Приём.
— Шеф, я Мельпомена. Скажи Аполлону, пусть подбросит на  полчасика вертолёт. Забыла отснять театр в Эпидавре.
— Шеф! Шеф! Чепе. Гименея схватили. Опять тащат на свадьбу.
—  Это ты, Марс? Пальни из ракетницы. Пусть разбегутся. Мельпомена, никаких вертолётов! Раньше надо было думать. Аполлон! Куда смотришь? Девять лаборанток — и никакого порядка!
—  Шеф,  это опять  Марс.  У меня только красные ракеты. Они поймут это как сигнал к войне.
—  Пора бы знать, что причины у войн социальные. При чём тут цвет ракеты? Действуй!
—  Папочка! Какую статую мы сейчас грузим! Помнишь, я позировала одному скульптору? И, представь себе, в храме никого не было.
—  Немедленно вернуть статую в храм! Она — шедевр человека и принадлежит людям.
—  Папочка, откуда такое почтение к храмам? Ты же атеист!
—  Лучше бы вместо богини любви они придумали богиню уважения. Парнас! Парнас! Где Гименей? Где Прометей?                                                    
—  Гименей уже на космодроме. Прометей у меня, получает на складе взрывчатку. Чтобы не пугать местных жителей,  предлагаю ненужное оборудование сбросить в кратер Везувия и взорвать его там. Тогда это будет принято за нормальное извержение.
—  Это ты, Вулкан? Придумано неплохо. Действуй!
—  Шеф, я Аполлон. Может, всё-таки оставим что-нибудь? На память? Пусть знают, что мы были здесь.
—  Они превратят наши приборы в идолы, в фетиши. Они будут мазать наши телевизоры и вертолёты бычьей кровью и поклоняться им. Всё взорвать!
—  Может, зароем таблицы? Клио их уже приготовила. Они откопают их, когда займутся археологией, прочтут, когда откроют кибернетику, когда они станут такими, как мы.
—  Понял тебя, Аполлон. Прежнее распоряжение остается в силе. У них странное свойство объяснять икс игреком. Где гарантия, что они не попытаются приписать нам все свои достижения? Между тем всё, что они создали и создадут, было и будет делом их собственных рук. И нечего примешивать к этому сверхъестественные силы. Например, нас. Всё взорвать!
—  Докладывает Нептун. Океанографический отряд закончил работу. Батискаф затоплен. Отбываем на космодром.
—  Докладывает Плутон. Геологи взяли последние керны. Буровые установки  уничтожены. Минут через пятнадцать — двадцать отбываем на космодром.
—  Причина задержки?
—  Цербер погнался за куропаткой. Вот паршивец!
—  Ребята, погодите, не сворачивайте рации. Я Аполлон. Шеф, скажи ребятам что-нибудь красивое.
—  Что же сказать? Слушайте все! Поработали хорошо. Хорошо, говорю, поработали. От имени руководства экспедиции благодарю и поздравляю весь коллектив.
—  Внимание! Чрезвычайное сообщение. Прометей задержан на космодроме. Пытался взорвать ракету.
—  Он сошёл с ума. Эскулап! Немедля освидетельствовать этого безумца!
—  Я Эскулап. Энцефалограмма хорошая. Отклонения от нормы незначительны. Он здоров.
—  Дать его сюда! Прометей, я слушаю тебя. Приём.
—  Шеф! Я хотел, чтобы мы остались на Земле и помогли людям. Чтобы они были счастливы.
—  Мальчишка! Они не созрели для этого. Они придут к этому сами. Я верю в них, а вот ты, как я вижу, не веришь.
—  Шеф, я остаюсь на Земле. Я отдам людям свои знания, свой огонь.
—  К твоему сведению, они просили у нас всё, что угодно, кроме знаний.
—  А ты предлагал им знания?
—  Мы  прилетели  исследовать, а не воспитывать. Ладно, марш в ракету! Договорим в пути.
—  Я остаюсь с людьми.
—  Они убьют тебя и всё свалят на нас.
—  Я остаюсь!
—  Я не узнаю тебя, мой мальчик! Ты забыл родную планету. Ты чуть было не лишил нас возможности вернуться домой. Чем они тебя опоили? Что они с тобой сделали? Приём.
—  А что они сделали с тобой? Почему ты скрыл от них, что мы не бессмертны? Почему позволил поклоняться нам, как божествам?
—  Это было сделано исключительно в интересах безопасности сотрудников экспедиции.  Повторяю!  Марш в ракету! Сейчас не время обсуждать эти вопросы!
—  Я человек, и мой долг — остаться с людьми.
—  Что ты сказал? Че-ло-век... Ты изменник! Эй, кто-нибудь, связать  его и затолкать в ракету! Мы  будем его судить.
—  Я Фемида. Даю  справку. Если он человек, то действие наших законов на него не распространяется. Мы не имеем права брать его с собой.
—  Закон есть закон. Развяжите его. Пусть у нас будет хоть один провожающий.
—  Я Фемида. Даю справку. На планетах с незрелыми цивилизациями присутствие местных жителей при запуске космического корабля воспрещается, ибо неизвестно, как они это воспримут, поймут и  передадут потомкам.
—  Понял тебя, Фемида. Отправьте его куда-нибудь. Скажем, на Кавказ.
—  Я Марс. Можно дать ему револьвер?
—  Я Фемида. Передача техники существам незрелых цивилизаций воспрещается, ибо неизвестно, в чьи руки она в конце концов попадёт и какое найдёт применение.
—  Шеф, но ведь он один из нас?
—  Увы, он уже один из них. Прощай, Прометей! Надеюсь, что...
—  Внимание! Я Меркурий. Согласно графику начинаю ликвидацию средств связи. Все радиостанции Земли прекращают свою работу.
—  Я Шеф. Поправка. Временно прекращают. Гром и молния! Они уже породили Прометея!

1964